До рождения: внутриутробный опыт, бессознательное и микропсихоанализ

Работаю в рамках традиции микропсихоанализа. На данный момент не являюсь членом Istituto Svizzero di Micropsicoanalisi, Istituto Italiano di Micropsicoanalisi или Società Internazionale di Micropsicoanalisi (SIM).

Когда мы говорим о начале человеческой жизни, чаще всего подразумеваем момент рождения. Ребёнок появляется на свет, впервые самостоятельно дышит, начинает взаимодействовать с окружающими людьми. С этого момента принято отсчитывать его историю. Однако психическое развитие начинается значительно раньше.

Ещё находясь в материнской утробе, ребёнок существует в условиях непрерывного взаимодействия с окружающей средой. Он воспринимает звуковые колебания, реагирует на изменения положения тела, испытывает различные сенсорные воздействия. Его нервная система развивается в тесной связи с организмом матери, а физиологические процессы, обеспечивающие это развитие, постепенно приобретают всё более сложную организацию.

Здесь возникает вопрос, представляющий особый интерес для психоанализа: если человек получает опыт ещё до рождения, каким образом этот опыт участвует в последующем формировании его психической жизни?

Ведь мы привыкли рассматривать память как способность воспроизводить определённые события прошлого. Однако значительная часть нашего опыта никогда не существовала в форме доступных сознанию воспоминаний. Человек может не помнить обстоятельств собственного раннего детства, но пережитое в тот период продолжает участвовать в его развитии.

В этом отношении микропсихоанализ, возникший в рамках фрейдовской традиции, представляет особый интерес. Его основатель, швейцарский психиатр и психоаналитик Сильвио Фанти, расширил исследование бессознательного в направлении всё более ранних психических процессов. Значительный вклад в изучение внутриутробной жизни и её психобиологических предпосылок внёс также итальянский психоаналитик Никола Пелуффо.

Первые формы опыта

Развитие сенсорных систем начинается задолго до того, как ребёнок оказывается способен осознавать себя и окружающий мир привычным нам образом. Внутриутробная жизнь включает множество воздействий, связанных с движением, звуком, изменениями давления, химическим составом окружающей среды и деятельностью материнского организма.

Ещё в 1986 году Энтони ДеКаспер и Мелани Спенс опубликовали исследование, в котором показали, что новорождённые способны обнаруживать предпочтение речевому материалу, неоднократно звучавшему во время беременности. Матери ежедневно читали определённый текст на протяжении последних недель беременности, а после рождения дети демонстрировали предпочтение знакомому звучанию.

Позднее, в 2013 году, группа исследователей под руководством Эйно Партанена обнаружила нейрофизиологические признаки пренатального обучения речевым звукам. В другом исследовании того же года было показано, что воздействие знакомой мелодии во время беременности связано с особенностями электрической активности мозга ребёнка не только после рождения, но и спустя несколько месяцев.

Подобные наблюдения позволяют иначе посмотреть на понятие раннего опыта. Развивающийся организм способен воспринимать информацию, различать воздействия и сохранять определённые следы предшествующей стимуляции.

Разумеется, было бы затруднительно описывать такой опыт в тех же категориях, которыми мы пользуемся при исследовании сознательных переживаний взрослого человека. Однако психоаналитическое понимание психической жизни никогда не ограничивалось исключительно сознательными представлениями.

Ещё Фрейд в работе «Я и Оно» (1923) связывал становление Я с телесным опытом. Его представление о телесном Я позволяет рассматривать ощущения, возникающие в процессе взаимодействия организма с окружающей средой, как существенную составляющую последующей психической организации.

Ребёнок ещё не располагает привычным нам представлением о собственном теле, о матери или об окружающем мире. Вместе с тем его организм уже участвует в сложных процессах взаимодействия, создающих предпосылки для дальнейшего психического развития.

Мать и ребёнок: психобиологическое взаимодействие

В 1976 году Никола Пелуффо опубликовал работу Micropsicoanalisi dei processi di trasformazione, в которой обратился к исследованию ранних психобиологических процессов, включая особенности взаимодействия матери и плода. Впоследствии эта проблематика получила развитие в его книге La relazione psicobiologica madre feto, опубликованной в 2010 году.

Пелуффо интересовали биологические процессы, лежащие в основании внутриутробных отношений, и их возможное значение для ранней психической организации.

Одной из наиболее интересных идей микропсихоанализа стало представление о том, что внутриутробная жизнь включает конфликтные процессы, которые могут рассматриваться в психобиологическом измерении.

Сильвио Фанти использовал для описания этих отношений понятие «внутриутробная война». Оно может производить тревожное впечатление, особенно если воспринимать его буквально. Между тем речь идёт о сложном взаимодействии двух организмов, каждый из которых обладает собственными физиологическими механизмами поддержания жизнедеятельности.

Сама беременность сопровождается непрерывной регуляцией обмена веществ, гормональной активности, иммунологических процессов и распределения ресурсов. Плод развивается внутри материнского организма, обладая при этом генетическим материалом обоих родителей. Его существование предполагает сложнейшие механизмы иммунологического взаимодействия и адаптации.

Интересно, что позднее эволюционная биология обратилась к этой проблематике со своей стороны.

В 1993 году Дэвид Хейг опубликовал работу Genetic Conflicts in Human Pregnancy, посвящённую генетическим конфликтам в процессе беременности. Исследователь рассматривал различия эволюционных интересов генов матери и плода, особенно в отношении распределения питательных веществ и регуляции ресурсов материнского организма.

Эти исследования представляют особый интерес в контексте более ранних работ Пелуффо и Фанти. Они позволяют подробнее рассматривать биологическую составляющую внутриутробных конфликтов, к которым микропсихоанализ обращался посредством психобиологической модели и исследования аналитического материала.

Разумеется, понятие конфликта здесь не предполагает сознательного противостояния матери и ребёнка. Физиологические процессы разворачиваются независимо от намерений и желаний женщины. Более того, нормальное течение беременности обеспечивается сложным взаимодействием механизмов сотрудничества, адаптации и регуляции.

Отдельного внимания заслуживает влияние эмоционального и физиологического состояния матери на развитие ребёнка.

Современные исследования пренатального стресса обнаруживают связи между психологическим состоянием женщины во время беременности и некоторыми особенностями развития нервной системы плода. Например, систематический обзор Софи Мандль и коллег, опубликованный в 2024 году, рассматривает взаимосвязь материнского дистресса с особенностями структуры и функционирования мозга ребёнка.

Эти процессы затрагивают гормональную регуляцию, плацентарные механизмы, работу стрессовых систем организма и множество других факторов.

Разговор о пренатальном стрессе, конечно, требует осторожности. Было бы ошибочно считать, что любое сильное переживание беременной женщины неизбежно становится травмой для ребёнка. Организм матери и плода обладает значительными адаптационными возможностями, а развитие определяется совокупностью наследственных, биологических и средовых условий.

Вместе с тем продолжительные или чрезвычайно интенсивные неблагоприятные воздействия способны иметь последствия для беременности и развития ребёнка, в том числе для последующей эмоциональной регуляции, реактивности нервной системы и формирования предпосылок темперамента.

Любопытно, что продолжение этой логики мы обнаруживаем и в современной перинатальной медицине.

Сегодня непосредственный контакт новорождённого с матерью, когда ребёнка сразу после рождения помещают на её грудь, входит в международные рекомендации по уходу за новорождёнными. Такой контакт участвует в поддержании температуры тела, стабилизации физиологического состояния, становлении грудного вскармливания и раннем взаимодействии матери и ребёнка.

В рекомендациях Всемирной организации здравоохранения отдельно отмечается значение телесного контакта для раннего взаимодействия, включая снижение плача и поддержку близости между матерью и новорождённым.

Для психоаналитического мышления здесь представляет интерес сама непрерывность телесного взаимодействия. Рождение сопровождается существенными физиологическими изменениями, однако потребность ребёнка в телесной регуляции и контакте сохраняется.

Почему прошлое продолжает присутствовать

В своей практике я нередко возвращаюсь к мысли, что мы практически никогда не воспринимаем окружающих людей с чистого листа.

Когда мы впервые встречаем человека, представление о нём начинает складываться буквально в первые мгновения. Нас могут привлекать или отталкивать особенности его голоса, выражение лица, движения, манера говорить, даже незначительные детали поведения.

Зачастую мы ещё ничего не знаем о человеке, однако уже испытываем определённые чувства по отношению к нему.

Психоанализ позволяет рассматривать подобные реакции в контексте нашего предшествующего опыта. Причём речь не обязательно идёт о том, что незнакомый человек напоминает нам кого-то одного из прошлого. Психическая жизнь устроена значительно сложнее.

Фрейд описал механизм сгущения в «Толковании сновидений» (1900), прежде всего в главе о работе сновидения. При сгущении множество представлений, переживаний и ассоциативных связей соединяются в одном психическом образовании.

Один образ может включать черты нескольких значимых людей, различные эмоциональные переживания и следы событий, происходивших в совершенно разные периоды жизни.

Человек, которого мы встретили сегодня, может вызывать чувства, связанные с отношениями, существовавшими задолго до этой встречи. При этом источник подобных реакций далеко не всегда доступен сознанию.

Если обратиться к ещё более ранним этапам развития, возникает вопрос: насколько глубоко уходят истоки наших способов переживания и реагирования?

Мы постепенно развиваем психические защиты, приобретаем новые способы справляться с внутренним напряжением, формируем отношения с окружающими людьми. Но развитие более сложных структур психики не предполагает полного исчезновения предшествующих форм организации опыта.

Ранние переживания могут подвергаться переработке, приобретать новые значения, включаться в более поздние конфликты и отношения. То, что некогда существовало преимущественно на уровне телесной регуляции и аффективного реагирования, впоследствии может оказаться связано с гораздо более сложными психическими образованиями.

В некотором отношении здесь можно провести аналогию с уже рассмотренными механизмами пренатального научения: след предшествующего воздействия может сохранять своё значение и после существенного изменения условий существования. Конечно, применительно к сложной психической жизни человека мы рассматриваем значительно большее разнообразие процессов.

Это возвращает нас к одному из существенных положений психодинамического мышления: прошлое продолжает участвовать в настоящем, хотя человек далеко не всегда способен обнаружить эту связь самостоятельно.

Микропсихоанализ и исследование архаического опыта

Микропсихоанализ возник как развитие фрейдовского метода, сохранив его основополагающие принципы: свободные ассоциации, исследование бессознательного, анализ сопротивления, переноса и контрпереноса.

Особенность подхода Сильвио Фанти заключается в возможности длительного исследования мельчайших деталей психической жизни.

В привычной повседневности человек нередко проходит мимо собственных переживаний. Он замечает определённую мысль, но не задерживается на ней. Испытывает телесное ощущение, однако не связывает его с происходящим. Вспоминает какую-то деталь детства, которая кажется ему совершенно незначительной.

В аналитической работе такие детали могут становиться частью ассоциативного процесса.

Незначительное воспоминание, неожиданно возникший образ, изменение интонации, пауза, телесная реакция — всё это способно приобретать значение по мере развития аналитического материала.

Фанти предложил увеличить продолжительность сеансов, что позволило иначе организовать исследование свободных ассоциаций. В микропсихоанализе встреча обычно продолжается от полутора до трёх часов, а в отдельных случаях может быть и более длительной. Работа может проходить несколько раз в неделю или приобретать интенсивный, практически ежедневный характер в определённые периоды.

Длительность сеанса имеет значение для самой динамики аналитического процесса.

По мере развития свободных ассоциаций человек может постепенно отходить от привычных способов рационального объяснения происходящего. Возникают неожиданные связи между воспоминаниями, фантазиями, сновидениями, телесными ощущениями и переживаниями, которые прежде казались совершенно разрозненными.

Регрессия в психоаналитическом понимании связана с обращением к более ранним способам психического функционирования. Она может проявляться в характере ассоциаций, особенностях переноса, изменении способов переживания и выражения аффекта.

В аналитической ситуации могут актуализироваться ранние формы переживания зависимости, беспомощности, напряжения, удовлетворения, тревоги, потребности в близости и защите. Их исследование постепенно позволяет обнаруживать связи с более поздними событиями и устойчивыми способами реагирования.

В микропсихоаналитической традиции особое внимание уделяется возможности возникновения материала, относимого к самым ранним периодам развития, включая внутриутробную жизнь.

Здесь следует учитывать, что воспроизведение подобного опыта не предполагает сознательного воспоминания о пребывании в материнской утробе.

Человек не может просто вспомнить собственную внутриутробную жизнь так, как вспоминает события вчерашнего дня. Однако в процессе аналитической регрессии могут возникать сложные телесные и аффективные переживания, которые в рамках микропсихоаналитической модели рассматриваются в связи с архаическими уровнями психической организации.

Их исследование предполагает внимание к свободным ассоциациям, развитию переноса и контрпереноса, повторяющимся образам и постепенно обнаруживающимся психическим связям.

Задача аналитика заключается в исследовании значения возникающего материала. Его переживание и последующая интерпретация разворачиваются в контексте всей истории анализанта, включая историю его отношений, конфликтов и способов психической защиты.

Значительную роль в микропсихоанализе могут играть и дополнительные материалы: семейные фотографии, генеалогические сведения, письма и другие свидетельства личной и семейной истории.

Они позволяют расширить ассоциативное поле, обращая внимание на детали, которые человек прежде не замечал или не связывал с собственными переживаниями.

Меня особенно интересует именно эта возможность исследования психической жизни в её непрерывности.

Ведь человек, приходящий на аналитическую сессию, уже обладает определённой историей. Часть этой истории он помнит и способен достаточно последовательно изложить. Другая часть обнаруживается через повторяющиеся отношения, конфликты, сновидения, фантазии и телесные переживания. Некоторые её составляющие относятся к столь ранним периодам развития, что никогда не существовали в форме привычных сознательных воспоминаний.

История, которую мы не помним

Одна из особенностей психоаналитического мышления заключается в постоянном обращении к вопросу о происхождении психических явлений.

Когда человек испытывает тревогу, повторяет определённый способ построения отношений или сталкивается с переживаниями, которые кажутся ему необъяснимыми, нас интересует история возникновения этих процессов.

Иногда она обнаруживается в достаточно хорошо сохранившихся воспоминаниях. Иногда требует продолжительного исследования повторений, защит и бессознательных конфликтов.

Микропсихоанализ позволяет расширить это исследование, обращаясь к самым ранним психобиологическим предпосылкам человеческого существования.

И здесь особенно ценно взаимодействие психоаналитического мышления с современной биологией, эмбриологией, нейронауками и перинатальной медициной. Работы Фанти и Пелуффо представляют интерес в том числе потому, что поставленные ими вопросы продолжают находить развитие в исследованиях внутриутробной жизни.

Нам постепенно становится доступно всё больше сведений о том, каким образом ребёнок воспринимает окружающую среду до рождения, как формируются ранние механизмы регуляции и каким образом особенности пренатального развития участвуют в последующем становлении организма.

Психоанализ, со своей стороны, позволяет исследовать значение ранних переживаний в индивидуальной истории человека, особенности их переработки и воспроизведения в психической жизни.

Возможно, именно поэтому мне представляется столь интересным микропсихоаналитическое исследование внутриутробного опыта.

В какой-то момент аналитической работы мы неизбежно сталкиваемся с границами того, что человек способен вспомнить и рассказать о себе. Однако сама психическая жизнь не начинается с первого доступного воспоминания.

У каждого из нас была история ещё до того, как мы научились говорить. И, вероятно, ещё до того, как возникла сама возможность понимать происходящее в привычных нам формах.

Именно к этой ранней истории микропсихоанализ предлагает присмотреться особенно внимательно.

Литература и исследования

Психоаналитические и микропсихоаналитические первоисточники

1. Freud S. (1900). Die Traumdeutung. Leipzig; Wien: Franz Deuticke. Раздел VI «Die Traumarbeit», подраздел о сгущении (Verdichtung). Источник ↗

2. Freud S. (1923). Das Ich und das Es. Leipzig; Wien; Zürich: Internationaler Psychoanalytischer Verlag. Раздел II, положение о телесном Я. Источник ↗

3. Fanti S. (1981). L’Homme en micropsychanalyse. Paris: Denoël/Gonthier. Источник ↗

4. Peluffo N. (1976). Micropsicoanalisi dei processi di trasformazione. Torino: Books’ Store. Источник ↗

5. Peluffo N. (2010). La relazione psicobiologica madre feto. Roma: Borla. Источник ↗

Публикации по микропсихоанализу

6. Zangrilli Q. (2007). La guerra uterina. Le ipotesi della micropsicoanalisi trovano conferma nella biologia evoluzionista. Istituto Italiano di Micropsicoanalisi (12 febbraio 2007). Источник ↗

7. Baldari L. (2014). The early mother-child interactions. Psicoanalisi e Scienza (10 giugno 2014). Источник ↗

8. International Society of Micropsychoanalysis. Micropsychoanalysis: theoretical foundations and technique. Официальное описание метода (без даты). Источник ↗

Исследования и клинические рекомендации

9. Haig D. (1993). Genetic Conflicts in Human Pregnancy. The Quarterly Review of Biology, 68(4), 495–532. DOI: 10.1086/418300. Источник ↗

10. DeCasper A. J., Spence M. J. (1986). Prenatal maternal speech influences newborns’ perception of speech sounds. Infant Behavior and Development, 9(2), 133–150. DOI: 10.1016/0163-6383(86)90025-1. Источник ↗

11. Partanen E., Kujala T., Näätänen R., Liitola A., Sambeth A., Huotilainen M. (2013). Learning-induced neural plasticity of speech processing before birth. Proceedings of the National Academy of Sciences, 110(37), 15145–15150. DOI: 10.1073/pnas.1302159110. Источник ↗

12. Partanen E., Kujala T., Tervaniemi M., Huotilainen M. (2013). Prenatal Music Exposure Induces Long-Term Neural Effects. PLOS ONE, 8(10), e78946. DOI: 10.1371/journal.pone.0078946. Источник ↗

13. Mandl S., Alexopoulos J., Doering S., Wildner B., Seidl R., Bartha-Doering L. (2024). The effect of prenatal maternal distress on offspring brain development: A systematic review. Early Human Development, 192, 106009. DOI: 10.1016/j.earlhumdev.2024.106009. Источник ↗

14. World Health Organization. (2022). Early Essential Newborn Care. Рекомендации по раннему контакту «кожа к коже» (22 July 2022). Источник ↗